Cшить себе душу шёлковой ниткой

(Фото: Эдуард Капров)

Ли Рудольф, добровольно проходит альтернативную службу, работает в Службе трудоустройства для страдающих аутизмом. Родилась в киббуце Амир, живёт в Нетании. Выпускница курса “Натив” для проходящих альтернативную службу.

В середине 90-х в киббуц Амир что в Галилейском выступе приехала девушка из Южной Африки, поработать на добровольных началах. Маргот, выросшая в набожной католической семье, сразу же влюбилась в Израиль. А со временем влюбилась и в киббуцника Дорона Рудольфа. Они поженились, и у молодой пары родилась дочь, Ли.

Родители Маргот были очень рады за неё. Особенно их радовало то, что дочь вышла замуж за белого мужчину. “Мама росла, когда в ЮАР ещё существовал апартеид, – рассказывает Ли. – В её семье есть и белые, и чёрные, таких людей называли “цветными”. Мама и её сёстры были отверженными в расистском обществе. Когда они приезжали навестить бабушку, она прятала внучек от гостей на заднем дворе. Бабушка стеснялась показать их кому-то, потому что темнокожих не считали за людей.”

Откуда родители твоего отца?

“Они родились в Аргентине, но их корни – в Польше. Счастье, что прабабушка и прадедушка решили ещё до второй мировой войны уехать в Южную Америку. Иначе наверняка их постигла та же страшная участь, что и большинство польских евреев.

Как прошло твоё детство?

“Было здорово, я росла в атмосфере всеобщего братства. Киббуцная столовая, праздники, которые отмечают всем киббуцем. Я росла в светской семье, мой папа – убеждённый атеист. Как-то раз, это было два года назад, ещё до того, как я начала проходить гиюр, я решила зажечь дома ханукальные свечи. И папа сказал: “Оставь меня с этими глупостями.” Все праздники отмечались у нас дома в узком семейном кругу, бокалы поднимали, разумеется, без всяких благословений: “Давайте, лехаим!” Всё без какой-то связи с еврейской традицией.”

“Моя мама всегда очень трепетно относилась к Израилю. Для неё это – Святая земля, место, где разворачивались события, описанные в Библии, в Новом завете. Израильтянам трудно представить себе это чувство, этот трепет, потому что они родились здесь и для них библейские места – часть повседневного пейзажа. Было время, когда мы отмечали дома и Рождество, однако вне религиозного смысла этого праздника. Мне дарили много разных подарков, и это было гораздо круче, чем скромные хакукальные деньги. Когда я выросла, это отношение к праздникам, конечно, изменилось.”

(Фото: Эдуард Капров)

Интерес к еврейству пробудился у Ли, когда десять лет назад, когда киббуц начали приватизировать. “Вся моя связь с религиозной и национальной принадлежностью заключалась в киббуцных праздниках, – говорит она. – Факельные шествия на Хануку, чтение Агады на Песах. Конечно, в киббуце это был сокращённый вариант Агады – краткий рассказ об исходе из Египта и несколько песен, но тем не менее. И главный наш праздник – Шавуот, праздник урожая. А дома мы ничего не праздновали, не знали, как это делать, и я сама не имела ни о чём представления. В школе нам тоже ничего толком не объясняли.”

Ты чувствовала, что тебе чего-то не достаёт?

“Да, мне не хватало прошлого, нашей истории. Я многого не понимала, но чувствовала, что в ТАНАХе есть что-то ещё, кроме слов. Какая -то особая связь с космосом и с судьбой. И теперь я понимаю, что в моей истории нет ничего особенного. Тот же путь проделали Сарра и Рут, его повторяют и другие девушки в наше время. Есть что-то в этом народе, который столько раз пытались уничтожить, а он до сих пор здесь.”

Как родители приняли твоё решение пройти гиюр?

“Мама была “за”. Потому что она воспитана в духе монотеистической религии, в духе веры. Ей было проще понять моё стремление. А вот папа не понимает моего желания побольше узнать о религии, изучить её, приобщиться к нашим корням. Тем не менее, он делает всё для того, чтобы я чувствовала себя удобно. Например, когда я возвращаюсь домой на субботу, он покупает для меня только кошерную еду. Он даже предложил мне делать вместе кидуш. И далеко не у всех это так, я слышала разные истории о том, как ребята, проходящие гиюр, сталкиваются дома с серьёзными трудностями. А это очень важный элемент всего процесса – поддержка ближайшего окружения.”

(Фото: Эдуард Капров)

Ли прошла курс “Натив”, будучи на альтернативной службе. “Это было одно из самых ярких событий в моей жизни, – рассказывает она. – Это как будто заново сшить себе душу шёлковой ниткой. Курс предлагает философские дискуссии о тебе самом и об устройстве мира, о жизни вообще. Наши учителя, Яэль и Ярон, были потрясающими, каждый из них добавлял свой вкус в общее блюдо. И атмосфера была замечательная. У нас была спаянная группа. Было очень здорово встретить ровесников, которые проходят тот же процесс, что и ты. Которые так же, как и ты, всю жизнь были здесь, но не были её частью до конца.”

Читайте также


Программа предназначена для граждан Израиля и имеющих вид на жительство

Курс предназначен для граждан и постоянных жителей Израиля
NATIV Magazine
NATIV Magazine
NATIV Magazine